фильмы которые любят психоаналитики

Идентификация 2003

Наверное, самый убедительный фильм о множественном раздвоении личности. К тому же, обернутая в неплохой герметичный детектив, только к середине которого зритель начинает чувствовать подвох. Рассказать больше — значит испортить главный сюрприз "Идентификации". Единственное, что психоаналитикам не нравится — финал, слишком очевидно напоминающий об их беспомощности в попытках изменить человека.

Помни 2000

Потеряв жену, герой перенес мощный шок и потерял кратковременную память. Теперь он вынужден все записывать на бумажках, а самую важную информацию и вовсе набивать наколками та тело. Но герой не просто страдает амнезией — он еще и болезненно одержим идеей отомстить за смерть жены. Хотя не вполне уверен, кому же собственно должен мстить. Столько навязчивых идей и проблем вместе — мечта психоаналитика.

Сияние 1980

Стэнли Кубрик — один из главных кино-исследователей природы насилия в человека. Первый уверенный шаг в этом направлении он сделал, когда экранизировал "Заводной апельсин", но самый большой успех — безусловно "Сияния". И пусть герой Джека Николсона сходит с ума под воздействием призраков — важнее не от чего, а как он это делает. Писатель, упорно строчащий на машинке старую английскую поговорку "All work and no play makes Jack a dull boy" (ближайший русский аналог — "Работа не волк, в лес не убежит"), стал прекрасной иллюстрацией наступления шизофрении.

Головокружение 1958

"Головокружение" долгое время считалось не самой удачной работой Хичкока. Новое открытие фильма началось одновременно с его психоаналитическим разбором. И хотя на первый взгляд это фильм о фобиях (главный герой боится высоты), настоящие мастера заглядывали глубже, и находили в "Головокружении" мотивы "двойного замещения реальности вымыслом" . Что это значит — спросите лучше у философа-фрейдиста Славоя Жижека, который исследовал "Головокружение"

Доктор Джекил и мистер Хайд 1931

Классическая экранизация сюжета. Стивенсона в XX веке эксплуатировали просто нещадно. Злобный Хайд становился то героем-любовником ("Чокнутый профессор"), а то и вовсе женщиной ("Доктор Джекилл и мисс Хайд"). Хотя фабула у всех фильмов одна — в каждом человеке скрыта его полная противоположность. Психоаналитики помещают этого " Другого" в сферу подсознания, а историю Джекилла и Хайда приводят в пример, к месту и не к месту.

Убить Фрейда 2004

Как пел Майк Науменко, сначала маленький экскурс в историю, а к практике мы перейдем потом. Испанская ретро-комедия рассказывает о временах, когда психоанализ был еще модной новинкой, а Фрейд лично ездил по Европе с лекциями. Один из героев фильма решает заняться само-психоанализом, а в итоге понимает, что влюблен в собственного брата, и Фрейд должен умереть, чтобы общество осталось благопристойным.

Игры разума 2001

Голливуд любит людей, которые смогли справиться со своими проблемами. Потому даже удивительно, почему историю гениального ученого и шизофреника Джона Нэша деятели большого кино заметили так поздно. Впрочем, лучшее в фильме — не то, как актер Кроу играет страдания Нэша, а как Пол Беттани играет его куражистого соседа в университете. Который потом оказывается галлюцинацией Нэша — причем весьма симпатичной, с которой многие девушки были бы рады познакомиться наяву.

Жанна Дарк 1999

Бессон не только снял один из самых дорогих фильмов в истории современной Франции. Он еще и занялся настоящим историческим психоанализом, и исследовал психологию французской мученицы. Правда ради этого зрителю пришлось смотреть примерно полтора часа жестокого рубилова. Зато дальше — настоящий сеанс психоанализа, где в роли врача — собственное Сознание. Играет его кстати Дастин Хоффман, похожий на 90% американских психоаналитиков. Он предлагает рациональные трактовки всем чудесам Жанны, анализирует ее поступки — в общем, все серьезно. Разве что вместо удобного дивана — камера смертников.

Если Вам все равно, где Вы находитесь, значит Вы не заблудились

Разумные люди, как правило, менее счастливы. Причина проста: они умеют логически обосновывать свои иллюзии. А способность усвоить Истину имеет мало общего с умом – точнее, ничего общего. Разум куда лучше годится для того, чтобы оспаривать истины, нежели для того, чтобы открывать их.

Во все времена моралисты не уставали жаловаться на резкое падение нравов

Наше общество — это общество хронически несчастных людей, мучимых одиночеством и страхами, зависимых и униженных, склонных к разрушению и испытывающих радость уже от того, что им удалось «убить время», которое они постоянно пытаются сэкономить.

"Я вообще думаю, что нужно установить закон, по которому каждый человек будет иметь право один раз в жизни выстрелить кому-нибудь в затылок из Магнума. Тогда бы люди стали гораздо более вежливо общаться друг с другом"

В какой момент зажигать свечи стало интересней, чем их задувать?

Я хочу рассказать о человеке и его мечте. Это был обыкновенный человек, живущий на планете Земля. И мечта у него была обыкновенная, простая, другой бы и за мечту её не посчитал… уютный домик, маленькая машина, любимая жена и славные детишки. Человек умел не только мечтать, но и работать. Он построил свой дом, и дом даже получился не слишком маленьким. Встретил девушку, которую полюбил, и она полюбила его. Человек купил машину – чтобы можно было ездить в путешествия и быстрее возвращаться домой. Он даже купил ещё одну машину – для жены, чтобы та не слишком скучала без него. У них родились дети: не один, не двое, а четверо прекрасных, умных детей, которые любили родителей. И вот, когда мечта человека исполнилась, ему вдруг стало одиноко. Его любила жена, его обожали дети, в доме было уютно, и все дороги мира были открыты перед ним. Но чего-то не хватало. И однажды, тёмной осенней ночью, когда холодный ветер срывал последние листья с деревьев, человек вышел на балкон своего дома и посмотрел окрест. Он искал свою мечту, без которой стало так тяжело жить. Но мечта о доме превратилась в кирпичные стены и перестала быть мечтой. Все дороги лежали перед ним, и машина стала лишь сваренными вместе кусками крашеного железа. Даже женщина, спавшая в его постели, была обычной женщиной, а не мечтой о любви. Даже дети, которых он любил, стали обычными детьми, а не мечтой о детях. И человек подумал, что было бы очень хорошо выйти из своего прекрасного дома, пнуть в крыло роскошную машину, помахать рукой жене, поцеловать детей и уйти навсегда…Он спустился в спальню, лёг рядом с женой и уснул. Не сразу, но всё-таки уснул. И старался больше не выходить из дома, когда осенний ветер играет с опавшей листвой. Человек постиг то, что некоторые узнают в детстве, но многие не понимают и в старости. Он осознал, что нельзя мечтать о достижимом. С тех пор он старался придумать себе новую мечту, настоящую. Конечно же, это не вышло. Но зато он жил мечтой о настоящей мечте.

На каждую хорошую мысль неизбежно находится свой дурак, аккуратно доводящий её до абсурда.

Чудные типы эти самоубийцы.Помню одного безработного; у него умерла жена,он заложил всю одежду и купил револьвер,но так у него ничего и не вышло-только прострелил себе глаз и поправился.А тут,извольте видеть,потеряв глаз и изуродовав себе лицо,он пришел к убеждению,что мир вовсе не так уж и плох,и жил потом в свое удовольствие

когда я стал тупым

Я думаю, что поэт, который писал, что самое дорогое в жизни не купишь за деньги, не прав. Вернее, прав не до конца. Самое дорогое в жизни вообще не имеет никакого отношения к деньгам, выше денег. Цена – это агония и пот, кровь и преданность… цена обеспечивается самым дорогим в жизни – самой жизнью – точной мерой абсолютной стоимости.

Неспособность понять собеседника обычно свидетельствует всего лишь о собственной интеллектуальной немочи, а вовсе не о плачевном состоянии его ума и душевного здоровья

Можно жить, убеждая себя, что жизнь логична, прозаична и разумна. Прежде всего разумна. Я в этом уверен. Я потратил много времени на этот вопрос. Никогда не забуду предсмертную декларацию миссис Андервуд: «При увеличении числа переменных аксиомы сами по себе не меняются».
Я действительно верю в это.
Я мыслю — следовательно, я существую. На моем лице волосы, поэтому я бреюсь. Моя жена и ребенок погибли в автокатастрофе, поэтому я молюсь. Все это абсолютно логично и разумно. Мы живем в наилучшем из возможных миров, поэтому дайте мне «Кент» в левую руку, стакан — в правую, включите «Старски и Хатч» и слушайте мелодию, полную гармонии, о медленном вращении Вселенной. Логично и разумно. Реально и неопровержимо, как кока-кола.
Но у каждого человека есть два лица: весельчак по имени Джекил и его антипод — мрачный мистер Хайд, зловещая личность по ту сторону зеркала, которая никогда не слышала о бритвах, молитвах и логичности Вселенной. Вы поворачиваете зеркало боком и видите в нем отражение своего лица: наполовину безумное, наполовину осмысленное. Астрономы называют линию между светом и тенью терминатором.
Обратная сторона говорит, что логика Вселенной — это логика ребенка в ковбойском костюмчике, с наслаждением размазывающего леденец на милю вокруг себя. Это логика напалма, паранойи, террористических актов, случайной карциномы. Эта логика пожирает сама себя. Она утверждает, что жизнь — это обезьяна на ветке, что жизнь истерична и непредсказуема как монетка, которую вы подбрасываете, чтобы выяснить, кто будет оплачивать ленч.
Я понимаю, что до поры до времени вам удается не замечать эту обратную сторону. Но все равно вы неминуемо с ней сталкиваетесь, когда несколько бравых парней решают прокатиться по Индиане, попутно стреляя в детей на велосипедах. Вы сталкиваетесь с ней, когда ваша сестра говорит, что спустится на минутку в универмаг, и там ее убивают во время вооруженного налета. Вы видите лицо мистера Хайда, когда слышите рассуждения вашего отца о том, каким образом разворотить нос вашей матери.
Это колесо рулетки. Не имеет значения, сколько чисел на нем. Принцип маленького катящегося шарика никогда не меняется. Не говорите, что это безумие. Это воплощенное хладнокровие и здравомыслие.
И эта фатальность, она не только вокруг вас. Она и внутри вас, прямо сейчас, растет и развивается в темноте, подобно волшебным грибам. Называйте ее Вещью в Подвале. Называйте ее Движущей Силой. Я представляю ее своим личным динозавром, огромным, скользким и безумным, барахтающимся в болоте моего подсознания и не знающим, за что ухватиться, чтобы не утонуть.